Методы тренировки и многообразные упражнения, непосредственно связанные с практикой боевой подготовки, по существу, выходят далеко за рамки восточных единоборств. Есть реальные возможности для их использования в разных видах спорта и в повседневной жизни. Отчасти это было показано на примере специальных дыхательных упражнений, которые, помимо военно-прикладного предназначения, имеют широкий спектр лечебно-оздоровительного применения. Однако примечателен не только некий универсализм специальных упражнений и методов обучения в боевых искусствах, но и сами истоки очень широкой ориентации в системе обучения на Востоке.

Напомним, что одна из основополагающих установок восточного сознания была связана с идеалами «природной естественности» и «первозданной чистоты». Эти идеалы вдохновляли и мастеров боевых искусств. Процесс обучения превращался в путь к совершенству, на котором лежал отблеск единого совершенного природного универсума. Не случайно в методиках обучения на Востоке, в том числе в боевых искусствах, фундаментальное значение придавалось уподоблению природным стихиям, подражанию одухотворенной природе. Принципиальная установка на «естественность» в боевых искусствах усиливалась объективной потребностью для воинов действовать в реальных условиях (ср. с игровой условностью и известной «искусственностью» спортивной деятельности).В результате весь необъятный мир Природы превращался не только в объект для подражания, но также в некий универсальный естественный «тренажер»— для обретения искомого психофизиологического баланса, гармонии духа и тела. В многообразии окружающих предметов восточные мастера-учителя видели неистощимый арсенал средств для профессионального обучения, а в окружающей Природе — неиссякаемый источник психоэмоциональной энергии. Не удивительно, что наряду с занятиями в залах серьезное внимание уделялось тренировкам в «полевых» условиях.

В ряде стран Дальнего Востока существовала древняя традиция периодического удаления в горы и леса, где нужно было тренироваться в жару и в холод, переходить, по существу, на «подножный корм», подражать жизни животных, пробуждая в себе уснувшие инстинкты, до небывалой степени обостряя восприятие. Общение и эмоциональное отождествление человека с природой позволяло как бы «заимствовать» и накапливать природную энергию (солнца и ветра, деревьев и скал...). Многоликая природа будила фантазию, подсказывая неожиданные способы превращения любого из окружающих предметов (в том числе бытовых) в своеобразный тренировочный снаряд. Отсюда необычайное разнообразие и осмысленность (неформальность) восточных методик обучения. Культурная традиция, обращаясь к природным истокам, преображала и самого человека, возвышая его среди других существ и одновременно возвращая его в материнское лоно Природы.