| Мюнхен. 1972 год. |
| История бокса в СССР | ||||||||||||||||
Страница 1 из 14 Сразу после возвращения из Мексики я приступил к работе в сборной команде СССР в качестве главного тренера. Перед тренерским советом нового состава стояли проблемы очень сложные и требовавшие серьезного и длительного труда. Прежде всего было необходимо перестроить работу с боксерской молодежью. Мы хотя и победили в Мехико, но добились этого прежде всего благодаря усилиям ветеранов. Лагутин, Позняк, Киселев и Чепулис дали сборной две золотые, две серебряные медали и 24 очка. На долю молодых Соколова и Мусалимова пришлась одна золотая, одна бронзовая медаль и 10,5 очка. Сразу после Игр оставили спорт Лагутин, Чепулис, Киселев. Их примеру должны были вскоре последовать Евгений Фролов, Позняк, Белоусов и Плотников. Сохранить стабильность состава сборной оказалось невозможно. Но и подходящего, надежного пополнения видно не было. Сказывались недальновидная политика прежних лет, следствие перегибов дискуссии об «игровом» и «силовом» боксе. В ходе этой дискуссии многие оппоненты поспешили объявить «священную войну» нокауту, сильному удару. Они слишком буквально поняли метафору «фехтование на кулаках» и добились довольно абсурдного положения, когда в соревнованиях юношей за нокаутирующий удар поражение давалось не только тому, кто оказался на полу, но и тому, кто нанес этот удар, и тем самым якобы продемонстрировал неумение вести техничный бой. Ясно, что сразу же тренеры прекратили работу над постановкой сильного удара, поскольку труд тренера оценивается по непосредственным результатам работы, иначе говоря, по победам его учеников. «Игра в игровой бокс» привела к тому, что большинство поединков юных боксеров превратилось в бессмысленное прыганье соперников с безударной демонстрацией финтов и защит. При этом была начисто забыта суть боксерской техники, которая сводится к умению как можно больше нанести и как можно меньше пропустить точных и акцентированных ударов. В пылу полемики забывалось, что существуют и международные правила, согласно которым судьи на Олимпиадах и других официальных международных соревнованиях определяют победителя не по изяществу прыжков, а по эффективности ударов. |

Мюнхен. 1972 год.